[ Поиск ] - [ Пользователи ] - [ Календарь ]

творчество....писанина в Рязани и Рязанской области :

Перейти на полную версию
творчество....писанина - в Рязани
milka
а тут давайте выкладывать свои письменные шедевры=)
JUT
Вот один зи моих... Только не судите особо строго. И как обычно - извинения за пунктуационные, орфографические, синтаксические и другие ошибки и очепятки

9 этажей счастья
Весна – замечательно, просто великолепно. Просыпается природа, солнце ударяет с новой силой и жизнь возобновляется после долгой холодной и жестокой зимы. Очередная победа, начинает казаться такой близкой и всеобъемлющей. Совсем не такой призрачной как когда-то в те долгие вечера морозов. Когда кругом все лишь белое, цвета красок не наблюдается. День так рано уступает ночи и темноте. И все замирает, вроде и навечно. Бесконечность зимы так очевидна, но не тут то было. Законы – едины для всех, а не соблюдать их, даже при всем желании просто невозможно. А теперь весной хочется проснуться и радоваться. Открываться новому неизведанному, да вообще хочется просто жить, наслаждаясь каждой секундой своего не такого уж долгого существования на этой бренной Земле. Жизнь побеждает.
Так проснулся замечательный и успешный человек, имя которого, к счастью, а может и к сожалению бесследно исчезло. Не осталось после него ничего, только вот эта странная история. Солнце уже чувствовало себя полноправной хозяйкой комнаты, в момент когда уже открывались глаза еще молодого мужчины. Откуда-то из глубины кухни тянуло приятным запахом завтрака. Пара поджаренных тостов, кружка очень крепкого кофе без сахара и любимая жена ждали этого весеннего пробуждения.
- Пора вставать, - фразу эту он слышал очень часто, но от этого она не превращалась в привычную. Скорее любимую. Она была не нужна, он всегда просыпался сам, когда нужно было. Но без неё день – точно не начался бы хорошо, а уж тем более не продолжился.
Лица коснулась ледяная вода – необходимая для окончательного пробуждения. Бритва быстро пробежалась по лицу. Кофе утонуло в глубине желудка. Галстук был аккуратно поправлен перед дорогим антикварным зеркалом, доставшимся еще от прадедушки. Начищенные туфли нашли свое место на ногах. Пара капель дорогой туалетной воды упали на одежду. Сегодня ожидался дорогой и важный клиент – надо выглядеть на все сто. Обязательный поцелуй. Дверь захлопнулась.
Выйдя из подъезда, весна тут же дала о себе знать – лучи уже теплого солнца коснулись лица, прохладный ветерок лишь взбодрил. Хотелось вздохнуть полной грудью, не смотря на не очень чистый воздух, и просто порадоваться. Привычной дорогой он направился к стоянке. Путь был не долгий. Он шел уверенно. Прямая спина и взгляд, всегда устремленный вперед. Уверенный в себе человек, успешный во всем – от него просто исходила энергия.
Но почему-то вид поднятого шлагбаума и забора, за которым столпилось куча машин, заставило его взглянуть на часы. Как ни странно было мало времени, даже очень мало. Ну что с того, что он опоздает сегодня на работу. Начальники вообще не опаздывают, а задерживаются. Важна сегодня будет только вторая половина дня, а первую весь его немногочисленный коллектив поработает и без него. Зачем отказывать себе в удовольствии пройтись по весенним улицам. Не проехать на машине за пятнадцать – двадцать минут, а прогуляться часок. Тем более сегодня наверняка пробки, ничего не выиграть. Сколько можно вечно спешить, надо на миг и остановиться.
Под ногами было немного сыро, хотя асфальт начинал уже подсыхать. То там, то здесь лежали грязные кучи полурастаявшего снега, который вовсе не портил ощущения общей картины. На встречу шли, а точнее даже бежали люди. Не замечали они окружающей их природы, которая даже в городе весной заметна. У всех свои дела заботы, какой тут увидеть то что вокруг твориться, тут бы проблемы разрешить. А человек, который тогда конечно еще имел имя, шел не спеша и в голове у него не было не одной мысли, достойной этих суетящихся людей. Сейчас там вообще мыслей не было, простая прогулка. Восстановление сил, потраченных зимой. Взгляд был по прежнему устремлен вперед вдаль, к новым горизонтам.
- Смотри куда прешь!, - неожиданно противный голос раздался где-то под ногами.
Там была старушка, настолько скрючившаяся, что он просто не заметил её. Вид оставлял желать лучшего. Грязные лохмотья были карикатурой одежды. Длинный острый нос и сморщенная кожа на лице добавляли еще большего отвращения. Глаза горели огнем, не приятным огнем. И голос этот голос, казалось его взяли из сказки про ведьму и помести сюда, в наше время.
Старушка сама встала, отряхнулась.
- Извините бабушка…, - только хотел закончить фразу человек.
- Не нужны мне твои извинения, проклятый.
Последние слово было сказано с таким ехидством будто бабка вложила туда смысл куда больший, чем казалось. Её лицо застыло в страшной гримасе. Обеззубленный рот внушал еще большую неприязнь. А уж выражение лица, точно выдавало в старушке колдунью. Он решил поскорей ретироваться, так и запечатлев страшный образ колдуньи в своей памяти.
Прогулка больше не доставлял удовольствия надо было быстрей прийти на работу, и забыть этот весенний денёк.
Что-то серебряное сверкнуло у бабки под лохмотьями. Это был телефон, обычный сотовый телефон с фотокамерой и прочими не нужными функциями. Она открыла объектив и, нажимая на кнопку съемки, все тем же противным скриплым голосом проговорила под нос имя человека, которое до нас, к сожалению, уже не дошло.
Весенний денек начал портится. Понемногу, совсем незаметно. Так порывистый ветерок уже не играл с волосами, а трепал. Пара туч хотели затмить солнце. Но оно старательно защищалось и всячески не хотело уступать, отдавая людям все новые и новые порции тепла. Солнце не переставало радовать его. Он опять погрузился в свои мысли не о чем. А вот и офис. Не заметно он подобрался к нему, но идти не хотелось. Сейчас будут трудные переговоры, тяжелые от них зависит многое. А он немного устал, даже не от прогулки, а просто устал. Устал жить быстро, хотелось немного покоя и спокойствия. Но спокойствие не знакомо такому темпу. Переборов себя он вошел, поднялся на второй этаж. Офис 217. Началась работа…
За стеклами жалюзи не было природы. Кабинет был в строгом стиле, ничего лишнего. Так пара фотографий – он с женой и дочка. Её первый класс. Улыбающееся, жизнерадостное лицо было самым весенним в это безсезонном помещении.

- Как дела на работе? – никогда она не задавала такого вопроса, но тут по лицу было ясно, что не все в порядке.
Он молча прошел в кухню. Полез куда-то далеко. На верхнюю полку, где за приправами жены, лежали родные сигареты. Что такое табачный дым в легких он не знал уже два года. Но сигареты всегда хранились. На всякий случай. Он закурил, нервно. Быстро вдыхая дым и с силой стряхивая пепел прямо на пол.
- Да ты можешь наконец объяснить что случилось?! – жена все раздражалась, она страшно ненавидела курение.
Он с силой затушил сигарету, не докурив даже до середины. На улице было уже совсем темно. И какой-то неестественный электрический свет искажал действительность. И как он раньше не замечал. Что-то не то, не так все. День где ты? А день был уже далеко. К вечеру сильно похолодало. Солнце, наконец, проиграло борьбу с тучами и к концу дня они уже чувствовали себя полноправными хозяевами.
- Это конец, - с трудом начал он, - мы по уши в долгах, лучшая за год сделка сорвалась. Налоговая как всегда не вовремя. Все к одному.
Он достал еще сигарету.
- Может ты не будешь курить?
- Может ты не будешь мне мешать! Я думаю.
- А чего так кричать?
- Ты понимаешь, что все. Это все. То к чему я шел так долго все летит к черту! Ты бы хоть подержала, чем упрекать. И вообще смени эту глупое выражение с лица.
- Не надо переводить свои проблемы на меня! Я всегда тебя поддерживала…
- Да конечно, как же. А вспомни когда я начинал. Да не верила. И когда мы снимали комнатушку! Что ты мне говорила. Ничего не получиться, иди работай на кого-нибудь лучше. Хорошо поддерживала.
- Ну видишь, а что получилось сейчас.
- Ну и сука же ты!
Он бросил сигарету на пол, раздавив ботинком. Ботинки были все на нем. Он даже не раздевался. Просто резко встал и вышел. А на улице уже всем владела ночь. А ночь так похожа на зиму. Холод ветер, темнота, которая томила даже сильней чем тот непонятный электрический свет. Куда идти он не знал и просто направился по пути к ближайшему бару.
А его жена в это время так старательно набирала знакомый номер. Нет не мобильник мужа, далеко не его. Она звонила тому, с кем рассталась всего неделю назад. Друг детства, а точнее любовь. И вот она разгорелась с новой силой. Конечно – муж постоянно на работе, а куда женщине то деваться. И тут как раз он. Красивый холостой, умеющий говорить приятные слова и комплименты. А какой замечательный любовник. Но зачем уходить от мужа? А как же дочка? Хотя он предлагал замуж и дочку хотел забрать. Но как же? Ей казалось что сейчас самое время. Что-то не понятное управляло ей, какая-то сила, подсказывающая что надо делать. Может быть это была обида, может еще что. Но сейчас она была полностью уверена в своих действиях. Она тут же возьмет сонную дочку и уедет, навсегда. Ничего не возьмет, хотя нет почему это? Возьмет…
На автопилоте он добрался до дома. Давно он так сильно не напивался. До беспамятства, когда уже идти нельзя. Но алкоголь не спас, он наоборот обострил. Появилось неприятно чувство. Чувство неудачи, он чувствовал себя неудачником. Но не сам себе внушил он это настроение. Наверное – это всего-навсего алкоголь.
- Лена, который час? – не свои голосом спросил он. В горле пересохло, страшно хотелось пить.
Никто не ответил. Он даже не помнил, что его вчерашний приход был последний каплей. Жена все сказала. Он не помнил. Но она не только сказала, но и написала. Всего два коротких слова – «Я ухожу». Мобильник естественно не отвечал.
Время было около обеда, но не смотря на это казалось была ночь. Неприятный дождь, вперемешку с противным сырым снегом, бился в окно. Серый асфальт, наполненный лужами, деревья гнувшиеся под ледяным ветром и пронизывающий холод. Холод, пробирающийся до самых костей. Не спасет от этого холода ничего. Не одежда, не теплая квартира.
Он сел на кровать, положив рядом телефонную трубку. Обхватил руками голову. Мысли отсутствовали, но не потому что это было полное отречениие от мира. Он не знал что сейчас думать. Чувство тревоги поселилось в груди. Надо было что-то делать, но что. Страшная депрессия была вот-вот на подходе. А за окнами смеялся ветер, казалось он все знает и радуется. Это был посланник зимы, она все еще жива. И в предсмертной агонии могла сделать хоть капельку плохого.
Череду безмыслия прервал телефонный звонок. От этого звонка он даже вздрогнул. Но радостной новости он не ждал. Наверняка это кто-то с работы. Чувство тревоги приблизилось к апогею. Определитель вывел – «мама». « Ну наконец-то поддержка» - просветление было похоже на проблеск солнца сквозь эти грязные и плотные весенние облака.
- Привет мама.
Знакомый, но почему-то мужской голос ответил. Ответил не сразу. Он тоже знал имя этого человека. И назвал его им.
- …Ваша мама… умерла сегодня… Приезжайте…
Телефон сам выпал из рук. Слезы хлынули из глаз. Это было не человеческое состояние. Это было полное распятие личности. Такие удары судьбы – не могли пройти не заметно. Его всего трясло. Крик вырывался из его груди. Дикий животный крик. Хотелось что-то сломать или хоть что-то сделать. Но тело было полностью парализовано. Не работал ни один орган чувств.
На улице стало совсем темно. День сменился ночью. Дождь стал лить с новой и новой силой. Ветер уже ломал деревья. Неожиданно распахнулось окно. Ветер все вырвал с корнем. Вода лилась в комнату. Полетели какие-то бумаги, гонимые потоками воздуха. Паралич спал, он встал, чтобы закрыть окно.
Открывавшаяся картина, была подчеркнуто ужасна. Раскрытое окно, на фоне которого человек в черном помятом пиджаке. Глаза его полны толи слез, толи дождя. Лицо искажено гримасой безысходности. Волосы взъерошены. Нет, это был уже не человек.
Непонятная сила заставила мутными глазами заглянуть через карниз, туда в низ. С высоты девятого этажа земля была прекрасна. И на фоне всего этого бесчинства природы, лужа на асфальте оставалась единственным оплотом весны. Он увидел в ней свое отражение. Ему показалось, что его лицо прекрасно и освещено весенними лучами солнца. Лужа не была грязная. Высота не пугала.
Нога ступила на карниз. Ветер так и хотел направить туда. Но первый и единственный шаг он сделал сам. Весна и победа жизни приближались с немыслимой скоростью. Все проблемы неожиданно ушли. Был только он, он свободен от проблем и вообще от всего в этом мире. И только перед самым падением в его сознании неожиданно возник образ. Образ той самой страшной старухи, которую он так неосторожно толкнул в тот замечательный день. С этим образом на зрачках и умер.
Лужа покраснела.
А на утро в лучах весеннего и доброго солнца найдут труп человека, имя которого так и осталось на том девятом этаже и уже никогда не будет произнесено на этом свете.
А скоро настанет лето. Жара и абсолютное счастье.

JUT
А вот еще одно. Ну напиши, хоть комментарий. Даже отрицательный =)))

Слишком поздно
А как хотелось выпить свежего молочка, только что надоенного и уже доставленного к столу прямо в стакане? И в этот самым момент, нехорошее свойство всех старинных стаканов сыграло со мной злую шутку. Он разбился. На миг мне захотелось высоких технологий. И чтобы это был стакан из полимеров, так хорошо моделирующих любой старинный материал, но не имеющий этих противных качеств. Но я вспомнил, где я сейчас – и пришлось смириться. Выскользнул из рук – и вдребезги, ничего переживу.
Белая лужица молока растеклась на мой, только что убранный и приведенный в порядок деревянный стол. Да именно деревянный, вы не ослышались. Нет я не нарушаю закон – это все настолько старое, что и думать не хочется. Я никогда не уничтожу дерево, ради своей прихоти в виде прямоугольника на четырех изысканных ножках. Но я могу проделать путь в тысячу километров, ради нескольких глотков свежего молока, теплого хлеба из печки и глотка чистого деревенского воздуха. Да не спорю – дорого обходиться содержание дома предков, и на это зону постоянно посягают, то «Greenpeace», то правительство, то просто все эти организации в защиту прав животных. Мол нельзя доить коров – это варварство, нельзя брать у матери, еще не родившихся, цыплят и так жестоко жарить их на кипящем обжигающем масле, опять же не на искусственном. Но как они могут знать хоть что-то о натуральном, когда горячие для них – это на два градуса выше комнатной температуры, что вкусно не то, что вкусно, а то что более синтетично. А уж если вообще нет натуральных волокон – то это просто вверх кулинарного искусства. Трудно описать вечно слепому дневной свет, еще труднее убедить его в том, что он гораздо ярче тьмы. Кто не знал тот и не узнает. Кто никогда не выбирал тот и не выберет. Кто не открыт новому, тот закрыт и для старого. Скучные жалкие люди.
Молоко продолжало течь тонкой струйкой на пол. Мне хотелось подставить рот под этот волшебный ручеек, но что-то остановило меня. Я вытер все тряпкой, да я умею и этим инструментом пользоваться. Не все же нажатием кнопочек, надо и ручками господа, ручками. Вышел на крыльцо. Светило солнце, слепящее глаза. Пахло свежим сеном, костром ну и конечно продуктами коровьей жизнедеятельности. Запахи не раздражали, а скорее напоминали, будоражили воспоминания в голове. Хотелось слиться с природой во едино. Не спешным шагом я направился вдоль дороги, просто прогуливаясь. На самом краю моей души что-то возмутилось, совсем неощутимо было чувство спертости в груди – признаки волнения такого невесомого, что оно даже и не обращало на себя никакого внимания. Ничего – это бывает сейчас пройдет. Мимо пролетела бабочка, простая белая, совсем не такая, как те огромные мутанты на картинах этого модного художника СЕ. На этих панелях за секунду происходит и меняется столько красок и явлений, что нормальному человеку, по моему, должно стать просто плохо. «Бабочки» - последняя серия произведений, что бы он сказал об этой, наверное назвал бы жалким уродством. И тут на меня навалились с новой силой те проблемы, от которых я так стремительно хотел убежать и скрыться здесь. От себя не убежишь, тем более в этом искусственном, с какой же иронией пронеслась мысль в моей голове, мире. Природа стала искусственной, а искусственность стала природой. Сколько не бегай, а реальность все же настигнет.
Мне хотелось плакать, я себе казался ничтожным человеком, я презирал себя. Хотя лицо мое, в этом я был уверен на сто процентов, выражало легкую отстраненность и то высокомерие, так присущие сильным мира сего. Не один мускул моего тела не должен был выдавать чувств, никогда. Мое - это мое. И в тот день, когда кончик моего большого пальца коснулся участка терминала, обведенного черным кружком, мое лицо оставалось по прежнему моим. Выбор. Нужно ли жалеть о своем выборе? Я выбрал и никогда не жалел, до самой этой поры. Мысли совсем унесли меня, и уже непередаваемы поток информации кружился в голове.
Не знаю сколько прошло времени, очнулся я лишь, когда уперся в защитный кислородный фильтр, который так бережно сохранил воздух, флору с фауной и вообще окружающую атмосферу моих предков. Перспектива была сделана превосходно, дорога шла, извивалась и не кончалась. Впереди был лесок и , вроде бы, озерцо с прозрачной голубой водой. И много, много мелочей, таких манящих и таких не настоящих. Совсем другая перспектива открывалась передо мной. Я знал, что дорога на самом деле – это шлейф выхлопных газов аэромобилей. Шлейф не поднимающийся на высоту более двадцати метров от земли, специальные тяжелые газы, будь они не ладны. Лесок, нет не лесок – лес. Но не природой созданный. Гораздо темнее и не приветливее выглядел техногенный лес. В нем можно заблудиться, но нельзя выбраться ориентируясь по мху. В нем можно жить, но хлипкий шалаш тебя не спасет от невзгод, к которым даже не относиться дождь. Тут нет медведей и волков, но есть люди, которые за частую страшнее этих «мирных» животных. Озерцо, да было в моей перспективе озерцо, даже голубое, даже с водой, точнее с пародией на воду. Замечательное место сбора мусора. Перерабатывало озерцо – все что только не попадало в его чрево, только вот за счет внутренних сил Земли, ну это ничего страшного. Земля все выдержит. Наша маленькая, очень маленькая планета. И какое может быть спасение в Земле-1. Жалкие наивные люди, они думают там можно жить – смешно, да нет грустно, очень грустно.
***
- Уважаемые пассажиры, нас ждет увлекательное, не на что не похожее и , по истине, историческое путешествие. Вам предстоит стать первыми в истории человечества колонистами на, так похожей на нашу планету, Земле-1. Площадь её в два раза больше нашей привычной планеты. Кислорода в атмосфере предостаточно. Животный мир очень похож на наш, но еще мало исследован, так как там не ступала нога человека. Разумная жизнь отсутствует или на столько примитивна, что может быть отнесена в радел животного мира. Сутки, т.е. обращение планеты вокруг своей оси – 30 Земных часов. Год – 450 Земных дней. Температура везде немного выше. Да это будет трудно, но кто говорил о том, что будет просто. По прогнозам экспертов, адаптация произойдет уже на первом поколении. Ваши дети и знать не буду, что такое двадцатичетырехчасовые сутки. Запасы пресной воды равны нашим запасам соленой, точнее соленой до опреснения. Водное покрытие – шестьдесят четыре процента от всей площади планеты.
Полезные ископаемые практически не изучались, но несомненно они есть. Наш корабль высадиться на самой оптимальной части планеты. Это будет аналог земного места, так называемой, колыбели цивилизаций. У нас есть все необходимое для нормального функционирования в течении двух лет, полная независимость от окружающей среды. Так что все предусмотрено. Экспедиция наша начала готовиться, до вас это уже доводилось, уже около двадцати лет назад, когда еще Земля – 1 была лишь теорией. Но теперь это практика. Ваши фамилии войдут во все учебники истории. А самые выдающиеся могут стать и правителями на новой планете. Раз вам не удалось построить жизнь на нашей общей Родине, то стройте её на новой. Удачи, будущие земляне – первые. Вы великие люди.. писк… - и уже не такой приятные женский голос, а противный, принадлежащий женщине в годах, начал свою триаду:
- Всем не прошедшим…
Ну и так далее список из более ста пунктов, в которых было все от регистрации до прививок от гриппа. Следовали еще названия этажей и кают, куда нужно было обращаться по тому или иному поводу. А если кто и не запомнил, то это было вовсе не страшно. Прекрасная сказка про планету будущего и «далее по списку» можно было услышать каждые 12 часов, причем везде – даже в туалете, лишь собственная каюта была спасением от, уже набившей оскомину речи. Так же более подробная информация содержалась в терминалах на седьмом этаже.
Молодая симпатичная девушка прошла в один из огромных холлов космического корабля «Новая эра – 15», в чреве которого спряталось, только по приблизительным подсчетам, около ста тысяч человек разной национальности, вероисповедания, роста, размера и веса. Но было у них и что-то общее, то по какому признаку были отобраны они сюда. У них не было регистрационного номера гражданина. А это могло быть только в двух случаях – при наличии просто огромных финансовых возможностей или же при полном отсутствии даже элементарных денег. Регистрационный номер – идеальный способ тотального слежения, контроля и управления много миллиардной массой человечества. Маленький чип, где-то в районе поджелудочной, знал все, ну или почти все : где, с кем, что, зачем и почему. Нет, управлять человеком он не мог, но зачем, когда – вот она вся информация, по файлам рассортирована. Информация правит миром – это известно и понятно, а уж если целый мир подвластен ей, то отдельный индивид – тем более. Но человек может доказать свое право на снятие номера, в идеале – делами, в реальности – деньгами, при чем не маленькими.
Нет регистрационного номера – нет жизни, есть он – а свободы все равно нет. Люди, чья жизнь, согласно прайсу, дешевле, чем номер просто отправлялись вниз – к земля, и двадцать метров – это был потолок, все выше нельзя. Опустился человек, опустили его и в физическом плане. Но вверх подняться уже нельзя, номер дается один раз, потерял его и больше нет тебя. Жизнь стоит денег, и все согласно прайсу.
Девушка продолжала неспешное движении, по неприветливому залу. Спартанская обстановка угнетала, но в сравнения с «ниже двадцатого метра», казалась просто раем. Ей было около девятнадцати. Она вообще не знала, что такое выше двадцатки. Она родилась уже там, в месте где царило беззаконие и куда прогресс доходил в самом конце. Иногда даже приходилось готовить пищу на огне и ждать жалких подачек сверху, а нет – так грабить тех, у кого итак ничего нет. Не смотря на свою жизнь девушка была достаточно привлекательной. Рука хирурга и луч лазера никогда не касались молодой нежной кожи. Она не пыталась обмануть природу, как дела те верхние. Замученное лицо – все равно привлекало внимание. Косметики практически не было, так дешевенький распылитель для кожи, чтобы такой бледной не казалась и капелька самозаполняющейся помады, такой дорогой но очень красивой. В редкий день она ей пользовалась, но сейчас был подходящий случай. Её жизнь могла поменяться, девушка была полна надежд, она много ждала от этого трех месячного путешествия. Сказка про золушку так и крутилась в голове, только вот принца рядом не было.
- Ой, извините, - форма соответствовала содержанию, голосок был приятным, но немного хрипловатым. Сигареты, те самые самозажигающиеся с порошком непонятного состава вместо табака, были её слабостью. Точнее зависимостью, вреда было немного, но тяга большая. В общем – дешево и сердито.
Нога резко отскочила от неизвестного ботинка с анитипожарным и антиводным покрытием – дорога вещь.
- Да ничего страшного бывает. В этих ботинка я и не почувствовал, до ста пятидесяти выдерживают.
Девушка перевела взгляд вверх. «Принц» - неожиданно мелькнуло у неё в голове, но мысль быстро ушла и засела в глубинах сознания. К ботинка прилагался дорогой костюм идеально подходивший фигуре. Ни пуговиц ни молний видно не было. Значит на магнитной. Она всегда мечтала иметь такой же, провел рукой и все – ни тебе швов ни тебе сломанных молний, но… Лицо тоже было дорогим и явно, что за его красоту можно было благодарить не только родителей. За улыбкой она, внимательная от природы, разглядела в зубе микрокомпьютер. Да у него наверняка даже связь с Землей есть, вроде пока не далеко еще от неё. Нет не может такой человек быть здесь, это в принципе невозможно.
***
Я сидел у открытого окна и думал. И не столько думал, сколько представлял. Что можно сделать одной лишь подписью, простым прикосновением пальца. Вот так запросто отправить сто семь тысяч пятьсот три человека неизвестно куда. Да, пусть все готовилось ни год и не два, да пусть вложены гигантские деньги. Но мои, мои деньги. Чтобы там не говорили партнеры – это мои деньги. Как же ловко все прошло? Какие планы я строил, да и сейчас строю. Только вот зачем мне планета ценой, которая по самым скромным подсчетам, составит девяносто тысяч жизней. А возможно и все погибнут, тогда вообще все будет напрасно. Какие же амбиции были у меня каких-то пять лет назад, когда выяснилось, что Земля -1 не такая уж и благоприятная, как кажется. Когда эта панацея от перенаселения превратилась в прах. И стало понятно, что атмосфера далеко не благоприятна. И что знаменитый O2, а проще говоря кислород, совсем не тот, что на матушке Земле. Паника была потрясающая, миллиарды тратились в пустую. Проект наверное пришлось бы сворачивать, если бы не одно но, очень большое и страшно «но», «но» из-за которого сейчас все и происходит. А фамилия у этого «но» была очень обычная и заурядная – профессор Иванов. Получив и смоделировав молекулу кислорода с Земли-1, он начал ставить опыты. Страшные опыты на людях. Он просто брал людей под двадцаткой, кто их будет искать то без регистрационного кода, и заставлял жить в среде наполненной этой молекулой. А я все это финансировал, даже не зная, что там происходит. Хотя если бы и знал, то все равно финансировал бы. Пять лет назад мне было не до людей, было лишь до себя. Люди умирали пачками, в страшных спазмах, кровь практически вскипала, и умирали не быстро – три–четыре дня. Хотя сначала железно в среде могут день жить без видимых последствий и изменений. Но нашелся один, который и через неделю бодрячком себя чувствовал. И тут профессора понесло. Чего он только не делал, чтобы понять в чем причина. Чего только не вытворял с бедным человеком. Но не удалось, под руками Иванова, «опытный образец»( выражение профессора) умер в совершенно нормальной земной атмосфере, с обычным кислородом.
Проект продолжился, набирая обороты с новой и новой силой. Разумеется непосвященным про неправильный кислород никто рассказывать не собирался. Я сам узнал лишь после, как опыты были завершены. Профессор лично убеждал меня, долго и аргументировано. Я до сих пор отчетливо помню тот разговор, и сейчас себя в нем не узнаю.
- Вы понимаете, что по статистике хотя бы один, а может и два человека выживут! – профессор уже явно разошелся.
- Меня не интересует статистика. Мне нужны гарантии, еще раз вам повторяю. Я должен знать во что я вкладываю такие деньги.
- Гарантии?! Да какие, к черту, могут быть гарантии?! Человечество ни делала ничего подобного, новое – всегда риск! Вы не ученый, вы всего-навсего бизнесмен! Вам меня не понять! – «бизнесмен», он сказал наиболее выделяю интонацией, причем интонацией не очень лицеприятной.
- Да я бизнесмен. И я всегда принимаю здоровый риск, но тут он не оправданно велик. И еще, уважаемый профессор, не забывайте с чьей руки вы кормитесь. Не надо орать и брызгать тут во всю сторону слюной.
Иванов пытался меня разозлить. Как смешно и наивно. Нет он все таки одержимый.
- Конечно вы можете пустить меня по миру, закрыть лабораторию и прекратить проект. Но я, еще раз, заявляю как ученый. Шансы есть, шансы очень и очень неплохие. – Тон изменился, профессор и тактику поменял.
Я молчал.
- Я продолжу, с вашего позволения, - уже немного заискивающе произнес он, хитрец, - Если, к примеру, соорудить корабль на, скажем, пятьсот тысяч человек. Отправить его к Земле -1, естественно на сверх новом ферментном топливе. То через пару месяцев он туда доберется. Повременить, пока произойдет естественный отбор. Выживет достаточно. Опять же строительный материал им в руки дать. Есть системы, о которой я уже говорил, и которую сам разработал, превращения воздуха там в воздух наш. Пару месяцев – защитный купол готов. Пару лет – один из континентов уже содержи много кислорода, азота и, впрочем не буду вдаваться в тонкости химии…
- Она мне прекрасна известна, я знаю не только науку заработка денег, как вам могло показаться, уважаемый профессор.
Он даже не обратил внимание на мое замечание и продолжал.
- Там можно уже будет спокойно жить. Планета ваша. Воздух ваш. Вы правитель, абсолютный правитель Земли -1. Еще несколько лет и на планете живут не только «рабочие руки», но и элита. Глава который разумеется вы. Представляете –« Штрих Рену первый – обладатель всей планеты»! Планеты, которая к слову заметить, больше чем матушка –Земля! Ну что впечатляет?!!!
Профессор хотел произвести эффект. Эффекта не случилось. На моем лице не дрогнул ни один мускул, и все тем же холодным голосом я постарался погасить в Иванове, тот жар, который опять начинал разгораться.
- Это все конечно замечательно профессор. Но я вижу здесь лишь эмоции и ничего больше. Сказать можно все, что угодно. И возвести меня в ранг любого. Но где хоть что-то реальное, что-то, что может меня действительно убедить. Советую предоставить, а то вы меня уже утомили, уважаемый профессор.
- Смотрите.- сухо сказал профессор и включил огромный монитор, в центе лаборатории.
Там были и его исследования, и его теории, и его расчеты. С каждым кадром во мне просыпалась жажда власти, я начинал понимать, что профессор говорил не совсем, но правду. В конце увиденного, я был готов профинансировать, что угодно. В тот момент меня меньше всего заботил денежный ресурс и даже людской мало интересовал. Профессор предлагал использовать, в качестве рабочих рук низший слой общества, ниже двадцатого метра. Эти люди были так далеки, что тогда я и за людей то их не считал. Я досмотрел до конца. Смету профессора, конечно пришлось поубавить, а то он загнул цену, что даже я бы не потянул, а ведь бо’льшими возможностями на этой планете не обладает никто. А делить с кем-то власть и пускать кого-то в долю страшно не хотелось. Людей сократили до ста тысяч, вес остальное сократилось пропорционально.
Проект закрутился с новой силой. Дела я оставил профессору и еще паре надежных людей, путь контролируют. А сам желал еще большей власти, которой и на обычной Земле было хоть отбавляй. Но власть – наркотик, чем больше на нем сидишь, тем большую дозу хочется себе ввести. Я наркоман, надеюсь, что бывший.
- Милок, ты иди поешь. Я там блинчиков испекла, как ты любишь. А то сидишь целый день. Весь голодный. Иди покушай, - нежный старческий голос вывел меня из размышлений о прошлом.
- Сейчас баба Дуня, иду, - я попытался придать этой фразе всю любовь внука, к своей бабушке, получилось не очень. Не было у меня никогда бабушки, а жаль.
Баба Дуня была единственным оплотом технике на этой деревенской земле. Это был замечательный роботочеловек, сделанный по моему личному заказу, с хорошей отлаженной программой. Баба Дуня соответствовала всем представлением о деревенских старушках, которых и в природе то не осталось. Лет –около восьмидесяти. Скрюченная фигура, облаченная в старое, но чистое шерстенное тряпье. Сморщенное, но симпатичное, а главное доброе лицо. Передвигалась она медленно иногда с помощью палочки, и, естественно, совершенно не подозревала о своем искусственном происхождении.
Я встал и пошел есть, на время забыв свои мысли и переживания.
***
Несмотря на огромное количества народа по всем этажам, каютам, комнатам и холлам, здесь его практически не было. Весьма недорогое кафе вмещало гораздо больше, чем тут было. Но зачем покупать, пусть хорошую, еду за деньги, когда вот тут рядом в ста метрах выдавали бесплатную, не уступающую по качеству. Так что свободных столиков было полно. За одним из занятых сидела пара людей, никогда не встретившихся, при других обстоятельствах. Они вообще не соответствовали друг другу и так разительно отличались внешне. Но внутренне разница была практически не заметна, разговор шел на равных, ну или почти на равных. Девушка все же несколько смущалась своего происхождения. С каждым словом этого смущения становилось все меньше и меньше.
- Так все же что заставило такого человека, как ты, - на «ты они уже успели перейти, - отправиться на неисследованную планету, ведь тебе и на Земле неплохо жилось?
- Неплохо?! Думаешь деньги – это все. Ошибаешься. Далеко ошибаешься. У меня они были всегда, но никогда не приносили счастья. Сколько себя помню всю жизнь был в поиске. Искал чего-то нового, неизвестного. Этого путешествия я ждал несколько лет.
- Ты знаешь, я тоже. И не потому, что надеялась на легкую жизнь. Совсем нет. Просто хотелось чего то другого. Я ведь не могла попасть на верх, - тяжелый вздох, глоток шампанского, кстати второй раз в жизни, пусть и искусственного и она продолжала, - а тут возможность другого. Я тоже ждала много лет. Не думала, что меня может понять кто-то вроде тебя.
Её взгляд упал прямо на его глаза. Она немного пьянела и еще больше влюблялась, с каждой секундой, проведенной с ним. И никак не могла остановиться, все продолжала, ей казалось, что сейчас она может говорить обо всем.
- Мои родные были против всего этого. Они из последних сил боролись со мной. А ради чего? Но, в последний момент, даже папа пал под моим натиском. И мы попали сюда. А твои родные, неужели они были за?
-…Нет у меня нет близких людей, - пред фразой он на долго задумался, а после даже впал в некий ступор, - точнее есть… есть у меня…брат, но он ничего не знает. Давай о другом поговорим, слишком не хорошие воспоминания.
- Извини, если за что-то задела. Я не требую чтобы, ты мне все рассказывал. Конечно давай поговорим о другом, а лучше давай выпьем.
Ей было так хорошо, что знать бы об этой встрече сразу, она бы еще больше хотела сюда попасть. Этот человек зажег в ней то, что она думала уже никто не сможет зажечь.
- А вот это с радостью. Предлагаю тост : « За нашу, с тобой неожиданную встречу. И за Землю -1, наш бедующий дом. За нас».
«За нас, отлично просто супер» - мелькнули её мысли. « Принц» - теперь уже четко засело у неё в голове. Очередная порция газированной химии отправилась в рот. Она привстала перегнулась через стол. Их губы слились. Он ответил взаимностью. Поцелуй длился каких-нибудь три четыре секунды. Но обоих пронзил такой заряд электричества, что хватило бы доставить весь этот корабль, со всем этим народом в любую точку галактики. На огромном космическом судне, несшемся посредине бескрайней пустоты, зажглись два сердца, два пылающих молодых сердца. Сердца, которым предстояло через месяц заживо закипеть, и закипеть совсем не от страсти, нахлынувшей на них. Страшная планета ждала сто тысяч гостей, чтобы поглотить их. И ничего нельзя было уже сделать.
***
«Неужели ничего уже нельзя сделать» - думал я. И от этой мысли мне становилось, если не плохо, то во всяком случае не по себе. Я силился представить лица людей, которых я туда отправил. В голове, почему-то, возник чумазый мальчик, лет пятнадцати. В бейсболке набекрень и плотно облегающем комбинезоне, который сделан из отходов наше легкой промышленности. В комбинезоне, который он наверняка получил бесплатно, при реализации очередной социальной программы «В защиту низов». Моей программы. И параллельно я вспоминаю рекламные лозунги и мигающие рекламы Земли-1. Пропаганда шла на всю, я свои товары так не рекламировал как эту ненавистную планету. В новостях постоянно шли разговоры о ней. Фильмы о чудесных переселенцах снимались пачками. Всемирная сеть была переполнена информацией положительного характера. И все это было ориентированно туда ниже двадцатки. По большому счету людям с регистрационным кодом было наплевать им и здесь жилось неплохо. А зачем ехать на планету, где нет даже элементарного электричества? Ну есть на борту три сотни человек с номерами, пожелавших оправиться. Неисправимые романтики наверное, идеалисты, мечтатели, счастливые люди. Неожиданно мне стало грустно. Каких то два года назад я призирал таких людей, считал их инвалидами, а теперь. Сам превратился в такого. Да я и представить не мог, что буду умиляться и наслаждаться деревенской жизнью. Что смогу прожить даже без элементарного зубного компьютера. Что мне осточертеет весь это мир. Что я буду жалеть людей с низов. Что я вообще буду считать их за людей. Эх Мартин, Мартин ты кардинально изменил мою жизнь. Прости меня…
Я вышел из дома и побежал. Солнце катилось к закату. Небо было чисто и прекрасно. Но сейчас я не замечал этой красоты. Я бежал быстро, спасибо лазерным хирургам – мышцы были в идеальном состоянии, усталости почти не чувствовалось. Добежав до места я упал на колени и заплакал.
Передо мной был небольшой холмик, поросший травой, которую так тщательно выпалывала баба Дуня. И простой деревянный крест, но вид его одного заставил меня выплеснуть все свои эмоции на землю. Лицо мое напрочь изменилось, видели бы меня сейчас мои партнеры. Ни когда бы не поверили, что это я. Наверняка голограмма. Но не может сам Рену плакать на могиле своего, так ненавистного все эти годы, брата.
***
Просторная, возможно самая просторная каюта на всем корабле. Большая, возможно самая большая кровать на всем корабле. Два прекрасных обнаженных тела, возможно самых прекрасных в эту минуту не только на всем корабле, но и на планете, которую они совсем недавно оставили, оставили навсегда.
-… вот что такое деревня. Да и именно там я жил. Все это время, с тех пор как мне исполнилось пятнадцать.
- А что случилось потом, и как же твой брат.
- Я просто узнал об экспедиции. Я почувствовал, что там нет защитного колпака, а есть только девственная природа. И я решил отправиться сюда, из моего деревенского заточения. Но мой брат, был бы точно против всего этого. И никогда бы не попал сюда, если бы не…- пауза затянулась,- если бы не умер… я умер для брата. Я инсценировал свою смерть... Он до сих пор ничего не знает. И это самая моя большая проблема…
Она не сказала не слова. Просто обняла и поцеловала. Прижала к себе. Они были так близки друг другу. Через время она посмотрела ему в глаза, она не желала, что бы ей избранник мучался. Попыталась предать голосу серьезность и в тоже время любовь и заботу. Она сказала лишь пару фраз, но на её просьбы он не мог ответить отказом.
- Мартин, ты должен позвонить ему, ты должен. Для него, для себя. И в последнюю очередь для меня, я не хочу чтобы мой любимы человек нес с бой груз прошлых проблем. Перебори себя, я уверенна – для брата это будет несказанная радость.
- Он никогда меня не любил, от моей смерти ему стало только лучше, - большие нотки сомнения чувствовались во фразе.
- Позвони пока не поздно, мы не далеко от Земли. Если ты не сделаешь этого сейчас, потом будешь желать всю жизнь. Поверь мне я знаю. Моя мама умерла так и не услышав моих извинений… Я уже нечего не сделаю. А ты можешь, звони. Пожалуйста…
***
Путь обратно домой занимал уже большее время чем до холмика с крестом. Но я шел по темной дороге, освещаемой лишь одной луной, полностью очищенный, мне было легко. Нет совесть конечно мучила меня все так же, но мне было легче, значительно легче. Спасибо Мартину, он, своей смертью, открыл мне мир совсем с другой стороны, мир который я прежде и не знал и не принимал. Трудно описать вечно слепому дневной свет, еще труднее убедить его в том, что он гораздо ярче тьмы. Кто не знал тот и не узнает. Кто никогда не выбирал тот и не выберет. Кто не открыт новому, тот закрыт и для старого.
Сигнал поступил мне прямо в мозг. Это был мой отключенный зубной компьютер. Кто мог беспокоить меня по горячей линии, номер которой знали от силы человек семь восемь. Да и те не посмели бы беспокоить меня в деревне, единственном месте отрешенном от прогресса напрочь.
- Здравствуй брат.
Голос вонзился в самое сердце. Оно забилось, так часто, будто сердце испуганного кролика. Я ничего не понимал.
- Здравствуй… Это я твой брат Мартин. Я жив.
Сначала я не понял глупой шутки, но как только мой компьютер оценил и идентифицировал ДНК. Я впал в состояние, близкое к обмороку. Мой язык омертвел, во рту пересохло. Я встал, как вкопанный. Мысли исчезли. Мир потерял очертания. Это был мой давно умерший брат.
- Да жив. Я обманул тебя… Я обманывал тебя все эти годы. Я жив.
- Брат!!! – только и смог я выдавить из себя.
- Я сбежал от тебя, но я жив.
Слезы передавались по обоим сторонам. Братья плакали так похоже, находясь на таком огромном расстоянии друг от друга.
- Где ты?!
- … Я на твоем знаменитом корабле, я на «Новой эре – 15».
Я только что обрел брата!!! И что же?!! Состояние мое не передавалось описанию. Я отключился.
- Иванов!!! Срочная линия!!!!
Мой компьютер сработал оперативно.
- Отменить полет!!! Корабль назад!!!
- Но…
- Мне по хую!!! Корабль возвращается назад!!! Чего бы мне это не стоило!!!
- Послушайте…
- Я сказал назад!!! Ты своими руками его отправишь назад!!! Или просто пожалеешь, что на свет родился!!!
- Господин Рену, не надо так кричать выслушайте.
Я собрал последние силы в кулак, но все равно криком ответил:
- Только быстро!!!
- Вы опоздали. Корабля невозможно повернуть назад. Пять минут назад он перешел критическую отметку. Связь с экипажем утеряна, и только на Земле-1 она будет восстановлена. Года через полтора.
- Врешь!!! Ты врешь!!!
- Мне моя жизнь дорога. Сами можете убедиться. Отчеты уже высланы. До свиданья.
Профессор вырубился, теперь точно скрываться будет. Но самое страшно, что через минуту я знал, что он говорил правду. Я сел на землю. Ноги не держали. Я схватился за траву и изо всех сил закричал:
-НЕТ!!!
Я не верил, я все равно не верил. Кричал и не верил, ни цифрам, ни расчетам. Я хотел не знать всего этого. Надежда умирает последней. Я полувнятно попросил компьютер соединится с только что найденным братом. Но все было впустую, поступил сигнал о невозможности найти данного человека и возможности, что такой человек просто не существует. Казалось компьютер просто издевается надо мной, он существует, он жив. Я даже не знал чему верить, я был сметен и повержен. Мне казалось, что все было наваждением. Мне хотелось и не хотелось в это верить. Но это была правда. Я обрел брата всего на несколько секунд. И обрек его на короткую жизнь, опять. Я должен что-то предпринять, сейчас меня волновало лишь одно. Я быстро связался со своим аэромобилем. Прощай деревня, наверняка прощай. Сейчас я твердо знал куда поеду, но зачем – еще совсем не понимал. Я вообще мало что понимал, во всей своей жизни.
***
Мартин присел на кровать. Его брат отключился, отключился только лишь услышав про «Новую эру». Что это? И вообще зачем он так неожиданно воскрес. Мысль в голове была лишь одна – правильно ли он сделал. Мартин всю жизнь любил своего брата, но больше он любил свою родную планету и землю на которой жил. Деревня была единственным пристанищем, где он мог оценить полноту своих чувств, своего, никому непонятного в этом мире бешенных скоростей, характера. Но деревня была для него и тюрьмой. Лишь иллюзия свободы жила вместе с ним. И в один прекрасный миг он решился на шаг, на поступок. Правильный или нет он так и не решил, но сделанного не вернешь. И вот опять этот вопрос возник у него в голове. Зачем ему вообще надо было звонить. Да нет правило – все он правильно сделал.
- Надеюсь, все таки брат любит меня, в глубине души, - сказал он это с некоторой философской окраской, когда вышел из глубокого состояния мыслей.
- Я в этом не сомневаюсь. Мы уже далеко, связь просто оборвалась. Вы еще встретитесь и обретете друг друга. Так же неожиданно, как мы обрели.
Она обняла его и положила свою голову на плечо. Волосы пахли так приятно, что Мартин успокоился и начал понимать правильность своего поступка. Все это время она молчала и не двигалась, но её поддержка ощущалась, сильно ощущалась.
- Ты права. Давай смотреть в будущие. Впереди столько неизвестного, непознанного. Но больше чем Землю- 1, я хочу узнать и познать тебя. Спасибо судьбе за тебя.
- Кто её еще должен благодар…
Слова не окончились, их прервал горячий и страстный поцелуй. Её обнаженное тело так привлекало к себе, что хотелось напрочь забыть все неприятности и просто наслаждаться и тонуть друг в друге.
Он знал не так уж много женщин. Все больше женщины хотели узнать его. Точнее узнать его счет в банке. Штрих привозил таких девушек пачками. Идеальных, со всеми соблюденными пропорциями и чертами. Но без единой мысли в голове, близкой ему по духу. Видя на дороге пыль, оны кривили носы, видя корову – боялись. Пешая прогулка в пять минут – была для них подвигом, они вообще забыли, что ноги можно не только раздвигать, но и ходить ими. Раздвигали они конечно умело, наверняка с пятнадцати лет прошли виртуальные курсы. И эти курсы чувствовались – ни нежности, ни любви, ни ласки – все по программе, идеальной программе. Нет – это конечно было волшебно и незабываемо, но настолько не естественно для Мартина, что вызывало в нем просто отвращение. Наконец оставив тщетные попытки найти брату девушку, Штрих все реже стал наведываться. И это понятно – деловой занятый человек.
Лишь второй раз в жизни он ощутил настоящее счастье с женщиной в постели, причем оба раза за один вечер. И пусть она много и не умела, иногда даже боясь его опыта. Это было незабываемо.
Не познал его брат настоящей любви. Но в его душе появилась вера, что когда-нибудь он покажет ему это, на новой неосвоенной планете.
***
Аэромобилю господина Рену в любом воздушном пространстве был зеленный коридор, но даже этого коридора сейчас было недостаточно для скорости. Хотя никто не поспорит, что «Ferrari» - самая быстрая маневренная, к тому же лишь там используется новое ферментное топливо, с живыми организмами. Но я все равно опаздывал, да нет я уже конечно опоздал на много, на очень много. Но сейчас мне была важна каждая секунда. Я уже давно послал ко всем чертям автопилот и систему спутниковой навигации, критическая высота была давно превышена, слегка не хватало кислорода, но мне настолько было все равно, что такой мелочи, как дыхание – я просто не замечал. Я лишь пользовался картой, на которой ярко красным пятном горело здание «Центр управления полетами профессора Иванова».
На крыше меня уже ждали. Даже сам Иванов, не побоясь моего гнева, стоял во главе делегации. Вид был у них напуганный и растерянный. Им не понять моих проблем, я их даже посвящать в них не буду. Зачем? Пусть думают и считаю, что хотят. Если мне раньше было все равно до их мнения, то теперь и подавно.
- Мне срочно надо догнать корабля, - не успев выскочить из аэромобиля, выкрикнул я.
Все застыли в недоумевающей гримасе. Кто-то нажал на кнопку и мы медленно стали опускаться во внутрь «Центра управления».
- Я разве что-то не ясно говорю. Мне срочно надо догнать корабль «Новая эра -15» - так яснее.
- Но зачем? – кто-то маленький, выглядывающий из-за спины железного охранника, выпалил резонный вопрос. Резонный – лишь с его стороны.
- Господа, повторяю еще раз для особо непонятливых. Мне необходимо догнать этот чертов корабль!
И как на крик не сорваться?
Профессор явно занервничал. Он уже понял, что мои намерения куда более серьезный, чем может показаться на первый взгляд. Наверняка еще после разговора не отошел. Мы оказались аккурат напротив двери в жилище профессора. Этот фанатик, даже жил в своем центре. Последний раз он выходил от сюда около года назад, по случаю смерти жены. Работа была его смыслом жизни. Он вежливо и немного заискивающе предложил войти, не забыв при этом отправить всю свою свиту в неизвестном направлении. Мы молча вошли. Он налил в бокалы хороший натуральный коньяк. Я не отказался, присел рядом и лишь после достаточно большого глотка начал:
- В принципе, догнать корабля можно. Но только чисто теоретически. С научной точки зрения.
- Давайте без ваших научных точек зрения. Как? Пусть даже фантастически, пусть один шанс из тысячи. Как? Только быстрее, как можно быстрее.
- По моим подсчетам корабля находиться где-то здесь, - он указал место на, незаметно развернувшейся посреди комнаты, полупрозрачной, карте место, - достигнуть этого места можно. Но лишь с той же скорость, что летит корабль. Сейчас мы располагаем только одним, экспериментальным малогабаритным челноком такого дальнего следования. Он до конца еще не испытан. Такие мощные двигатели, как на «Новой эре -15» могут просто разорвать его в клочья. Но и этот вариант, как я понял, вас не устраивает.
- Я смогу догнать корабль, прежде чем он достигнет Земли – 1.
- Однозначно, нет.
- Тогда не устраивает! И не надо задавать глупых вопросов. Я вкладываю миллионы в ваш центр, а вы мне ничего не можете предложить.
- У нас самые передовые технологии. А теорию Эйнштейна, до сих пор, еще никто не отменял. Я не могу достигнуть световых скоростей. Даже при вложении миллиардов.
- Думайте профессор, думайте. Сейчас ваш центр весит на волоске. И поверти мне, после закрытия ваша жизнь покажется вам не сладкой. Ниже двадцати – будет вашим новым пристанищем. Так что пейте пока коньяк, кстати весьма неплохой.
Он залпом осушил бокал. Я лишь пригубил. Моих чувств профессор не видел и это еще больше заставляло его нервничать. Пару шагов по комнате и он начал. Теперь немного путаясь и боясь.
- Есть правда один способ… НО очень опасный.
- Дело не в этом!
- Можно вернуться к старым технологиям. Просто обогатить двигатели ураном. Это даст дополнительно ускорении. Вероятность догнать корабля возрастет. Но и вероятность… взрыва увеличиться. Наши ферменты под действием радиации… просто поведут себя, грубо говоря не так, как надо.
Я наклонился к Иванову поближе и сказал.
- Действуйте, я хватаюсь за последний шанс. Но постарайтесь, чтобы я долетел. Ведь без меня здесь вам все равно не выжить. Сколько времени вам надо для подготовки.
- Неделя, минимум.
- Даю вам три дня. Вопрос денег не стоит.
Я встал и ушел. У меня появилась призрачная надежда на возвращение Мартина. Я в одиночестве поднялся к своему аэромобилю. Поставив его на автопилот, я добрался до дома. Упал на кровать и провалился. Но перед этим я вдохнул непомерную дозу снотворного, ничего врачи починят мою печень, уже не раз чинили. Впереди три долгих и мучительных дня ожидания. Наверное самых важных три дня в моей жизни. Пусть хотя бы половину из низ я проведу в бессознательном состоянии. Надеюсь скоро увидеть тебя Мартин.
***
Отец и брат Линды, а именно так звали избранницу Мартина Рену, были очень взволнованны. Они провели бессонную ночь, искали свою дочь и сестру повсюду, но им и в голову не могло прийти, что она была в элитном районе корабля, с искусственными садами, бассейнами и многим другим, не доступным людям без номера. Как они могли догадаться, что всего за несколько десятков долларов охранник закрыл глаза на «маленькую прихоть богатея», которому захотелось разнообразия и секса с простушкой. Охранник и не такое на своем веку видел. А деньги никогда лишними не бывают, они и на Земле-1 деньгами останутся.
Но Линда объявилась сама. Отец уже приготовился к серьезному разговору и строгим мерам. Линда в его сознании все еще оставалась тем пятнадцатилетним ребенком, которому пришлось пережить самое страшно – смерть матери. Так что отцу объяснять что-то было бессмысленно. Она мирилась с его взглядами и старалась следовать, а иногда просто делать вид, что следует его наивным указаниям. Брат понимал Линду как никто другой, но тоже всегда был на стороне отца. Старший брат – второй папа. Он тоже был готов к разговору с блудной сестрой. Но появление Линды всех повергло в шок. Она пришла не одна. С ней был человек, явно не бедный, даже богатый, наверняка с номером. Что это мираж, наваждение или у Линды неприятности?
- Привет пап, - как всегда непринужденно начала она разговор, как будто ничего и не произошло. -Ты уж извини, что не предупредила.
- Где ты провела ночь? – глупый конечно вопрос, заданный девушке пришедшей с парнем, но все-таки отец старался исполнять свою роль с должной строгостью.
- Пап, ну сколько можно говорить – я давно взрослый и самостоятельный человек. Так, что могу и не отчитываться. Хотя нет, почему же? Я была с ним.
И Линда демонстративно обняла своего кавалера.
- Познакомься – это Мартин.
С явно оценочным взглядом отец оглядел этого человека, не такого и молодого, как сказала дочь. Но все же Мартин понравился папе, и не за свой достаточно перспективный вид, которой тоже отметил опытный отцовский взгляд, нет совсем не из-за этого. От Мартина исходила какая-то добрая и положительная энергия, так не свойственная тем людям с номерами, которые смотрели на отца Линды со смесью презрения и наигранной жалости. Он сразу пригласил войти. Тут наверное была только прихожая апартаментов брата Штриха, путешествующего инкогнито. Но его не смутила маленькая площадь. Все было очень удобно и уютно. Явно работа Линды.
Реакция брата Линды была немного противоположной. Он никогда не любил людей сверху, они все для него были одинаковы. Во многом на этот его взгляд на жизнь повлиял ранний уход матери. И хотя он мило улыбался и пожимал руку Мартину, в его сознании уже отпечатался негатив на счет этого человека. Но куда деваться, придется корчить из себя безобидного мальчика. Никто из присутствующих ничего и не заметил.
Повисла некоторая пауза, которую прервал её виновник Мартин.
***
- И через сколько мы уже наконец сможем связаться с «Новой эрой», - настойчиво повторил я свой вопрос.
- Господин Рену, - пилот был явно недоволен, но не ответить он не мог,- я вам уже несколько раз говорил, я не могу точно сказать. Вся энергия корабля тратиться на полет, высокоскоростной полет. Я не могу тратить её на сильный сигнал. Иначе мы просто не вернемся назад. Потерпите, по расчетам мы нагоним корабль через день два. Не больше.
И он опять погрузился в полет. Он был весь устремлен туда, в глубь. Очки, куда подавалась вся визуальная информация об окружающей обстановке, не давали взглянуть в глаза этого человека. А мне хотелось и очень хотелось. Признаться, я сначала боялся, совсем немного но боялся. Но желание увидеть брата не давало развиться моему страху.
А опасаться мне было чего. Какой спрашивается сумасшедший оправиться в такое опасное путешествие, да еще и на совершенно не опробованной топливе? Но человек нашелся. Я вытащил его практически с того света, ну точнее из виртуальной тюрьмы. Приговор был суров – пожизненно заключение, в «Вирт. Тюрьме», с отделением мозга от тела. А это значит, что о каких-то там жалобах в Верховный совет и просьбах помилования у президента, не могло идти и речи. Мозг то мы научились отделять от тела, а вот наоборот пока что-то нет. И пришлось бы ему, весь свой биологически оставшийся возраст, доживать в одиночестве, на какой-нибудь дикой планете или на необитаемом острове. Я конечно не сидел, попытки посадить были, но не сидел. Но слышал об этом достаточно, чтобы говорить уверенно – лучше уж за «Новой Эрой -15», чем туда.
Хотя понес он свое наказании заслуженно, но мне сейчас нужен был опытный пилот, а преступник или нет – все равно. Я заплатил – его вытащили, посадили со мой на корабль и обещали простить сорок загубленных жизней. Загубленных по его вине.
Да много было тогда шуму, хорошо что расследование на два года затянули, а то мне бы его ни за что не вытащить было бы. А все из-за какой-то нехорошей девушке, и это еще мягко сказано. Она позвонила ему прямо в день годовщины свадьбы, прям во время полета и сообщила о расставании, без объяснения причин. А это был туристический полет, доступный достаточно состоятельным господам. Конечно пилотам нельзя в полете иметь зубные компьютеры, но запреты созданы, чтобы их нарушать. Он был просто поражен и потрясен. Корабль в тот день так и не сел, но он успел катапультироваться перед самым приближением к земле. Больше выживших не осталось. Да громкое дело было, громкое.
И вот сейчас я летел с убийцей. Мы сдружились, может потому что не с кем было общаться, может потому что оказались близкими по душе людьми, а может и еще почему – не знаю. Мы поняли друг, друга. После недельного путешествия, каждый день по несколько часов свободного от полета времени, все переживания и проблемы изливались друг к другу. И явно, не я один поменял мнение о этом человеке. Он тоже поменял. И если сначала он смотрел на меня как на сумасшедшего миллиардера, который считает, что за деньги можно все, то сейчас он понял и проникся моей проблемой. Я и сам наконец-то рассмотрел в себе настоящего человека. Из мыслей меня вырвал крик пилота.
- В чем дело, ничего не понимаю! Мы ускоряемся, мы невероятно ускоряемся! Зона турбулентности… Но это же не возможно! Держись Штрих! Держись!
Я почувствовал, что теряю сознание. «Все, это конец» - мелькнуло у меня в голове, перед тем как мысли совсем покинули меня.
***
Линда и Мартин сидели за столиком, в том самом кафе, в котором так сильно влюбились друг в друга. Ровно неделю назад тут, именно на этом месте, друг напротив друга сидели два незнакомых человека, объеденных одной смертельной идеей. А теперь это была пара, настоящая семейная пара. Нет пожениться они еще не успели, но на Земле-1 собирались, обязательно собирались и как можно скорее. Разговор тек свом чередом, пока Мартин, наконец, не решился задать вопрос, на самую больную тему, о матери. Просто буквально вчера от брата Линды он такого наслушался, брат просто перебрал лишнего, водка тут так дешево стоит. Он высказал все, что думает о богатых, но Мартин был неколебим, в тот момент он чем-то напоминал своего брата, лучшую его сторону. И вот теперь он задал этот самый вопрос так мучивший его.
- Ты знаешь. Мне конечно очень тяжело об этом говорить. Ну раз тебе интересно я расскажу.
- Ну если хочешь можешь не рассказывать, я все понимаю.
Мартин протянул руку и ощутил холодную и немного потную ладонь. Линде и правда было тяжело. И когда её мысли возвращались в тот день… Ах как она хотела забыть этот день, но даже самые передовые лазерные операции на мозг не могут дать такого эффекта.
- В тот день я сильно поссорилась с родителями. Очень сильно. Мне было всего пятнадцать. Максимализм так и пер из меня. Мне не хотелось мириться с нашим положением, в котором мы находились. Я смотрела фильмы про красивую жизнь и представляла себя на месте героинь. Мне хотелось чтобы у меня был номер, я хотела жить на верху. Пусть даже не очень богато, но на верху. Мне наконец хотелось глоток чистого свежего воздуха. А там внизу, - слезы показались на её глазах, она глотнула воды и продолжала. Мартин слушал не отрываясь, а рука все холодела. – И однажды я не вытерпела. Я не могла простить родителям той жизни, которую они мне дали. Какая я была глупая, ведь они все для меня делали. В общем я из дома сбежала. А зачем, куда – это были второстепенные вопросы. Я просто бежала, бежала пока совсем не обессилила. Хватило меня на два дня. Сон на улице быстро охладил мой юношеский пыл и показал всю прелесть кровати дома. Но было уже слишком поздно…. Я не могу себе этого простить и сейчас.
Линда уткнулась в плечо Мартина и громко заплакала, так что это услышали редкие посетители кафе. Дальше рассказ пошел сбивчивым и не понятным.
- Ты понимаешь! У нее всегда были проблемы с сердцем. Это я виновата, это из-за меня… Инфаркт… Понимаешь, плохая экология. А тут я! Она не выдержала. Я, понимаешь, я одна всему причина. И врачи эти, суки!... Они ей новый метод предложили. Другой сказали не поможет. СУКИ! Знаешь этот метод вроде «Клонированное сердце» называется. Это же верхние его на нас испытывали… И она не выдержала. Нельзя так с людьми, нельзя. Мы ведь тоже люди. Зачем так жестоко. Протии меня мама!
Больше нельзя было ничего разобрать, но Мартину было достаточно и услышанного. Его любимая девушка вцепилась в плечо, слезы теплыми ручейками текли по его руке. Она бормотала что-то несвязное, но Мартин не пытался вникнуть в смысл. Что-то острое и холодное ударило ему прямо в сердце. Это было пострашнее чем титановый, сверхлегкий солдатский нож. Эта была ненависть. Ненависть к собственному брату. Мартин прекрасно знал, что за проектом «Клонированное сердце», стоит его брат. И идея пустить толком не опробованный метод вниз, пришла первая именно Штриху. Мартин пытался отговорить брата, но какое дело было Штриху до людишек без номеров.
- Нет не может измениться мой брат, - с легкой досадой и достаточно громко сказал Мартин, по большому счету самому себе.
Линда немного отошла и уже бодрым, но заплаканным голосом спросила.
- А при чем тут твой брат?
- Дело в том, что моя фамилия Рену. Я Мартин Рену, брат богатейшего на планете человека Штриха Рену.
Недоумение застыло на её глазах. Но вдруг что-то пошло не так. Корабль неожиданно ускорился. Перед глазами все поплыло. Несколько секунд и уже все посетители в кафе, не исключая Мартина и Линду, а так же все пассажиры «Новой эры-15», летевшие не известно куда, потеряли связь с реальным миром и погрузились в глубокий бессознательный сон.

-Линда! Линда! –кричал только что пришедший в себя Мартин,- Линда ты как?!
- Что это было? Ничего не понимаю.
Она лежала на полу, а над ней, как над самым дорогим, что есть склонился Мартин. Рядом картина была подобной. Люди постепенно приходили в сознании.
- Уважаемые пассажиры, - раздался уже знакомый и так поднадоевший за все время путешествия голос, - приносим свои извинения за неудобство. Сейчас мы на орбите Земли-1. Мы опередили график и расчеты на два дня. Не волнуйтесь, потеря сознания произошла из-за больших перегрузок, связанных с попаданием в поле планеты. Она нас просто ускорило. Приходи в сознание и не волнуйтесь, кому нужна помощь обратитесь в здравпункты. И приготовьтесь через три часа мы приземлимся. Ровно через три часа мы обретем новый дом…
Такой суеты на корабле не было с начала посадки. Все бегали кричали и чего-то хотели. Кто-то пел, кто-то молился, кто-то педантично собирал свои скромные пожитки и готовился. Но волновались все это даже чувствовалось. Затхлый воздух раздражал с каждым новым вздохом. Системы переработки человеческого дыхание в кислород, практически исчерпала свой ресурс. Это был уже не тот воздух, что в начале путешествия. У многих перешило в горле. Некоторых даже слег подташнивало.
Всем надоело видеть однообразные пейзажи корабля, хотелось чего-то яркого зеленого. Многих просто достало замкнутое пространство, несколько сотен человек, не выдержав его не много сошли с ума, их пришлось изолировать. Люди просто устали. Всем хотелось наконец сойти на нужной станции, упасть на мягкую траву и вдохнуть свежего смертельного воздуха.
Для Линды и Мартина три часа пролетели не заметно. Уже чувствовалось приближение суши. Еще немного и… Небольшой удар слегка осушил ноги. Никто ничего и не заметил. Нетерпение перевалило через край. Около люка с надписью «Выход» столпись около тысячи человек, Линда и Мартин Рену были где-то в центре толпы. И по всему кораблю начали загораться эти надписи. Люди напряглись, на секунду повисла тишина, что можно было услышать собственное дыхание. Яркий свет ударил в глаза, отвыкшие от натурального солнечного света. Солнце было ярким, правда с неким красноватым оттенком, совсем не заметным.
Люди шли не спеша, вглядываясь в даль. Осторожно осматриваясь. Новые колонисты ступали стройными колоннами на твердь Земли-1. Потихоньку заполняя все пространство вокруг этого огромного корабля. В толпе совсем и не выделялись высокий богато одетый мужчина и темноволосая просто одетая девушка. Да им и не надо было выделяться, они просто любили друг друга, а впереди у них долгая и счастливая жизнь. Около трех дней.
Планета поражала сходством с Землей, но было лишь «почти». Почти такая же трава, зеленая, но уж чересчур. Почти такие же деревья, с не реально огромными листьями. Вон пролетела почти такая же птица, но летит она как-то странно, не летают так земные птицы. Почти такой же воздух. ПОЧТИ.
***
Я очнулся от легких, но достаточно эффективных, ударов по щекам.
- Ты как? – голос пилота был тверд, он явно уже давно пришел в сознание.
- Да нормально вроде. Что это было?
- Да я сам точно не понял, но мы на орбите Земли-1…
- Наконец-то, неужели мы обогнали корабля?!
- Все немножко не так. Лучше встань с пола и присядь.
Я послушно выполнил просьбу пилота, какой я все-таки стал дисциплинированный. Но его тон мне явно не понравился.
- Это не мы обогнали корабля. Это он обогнал нас. Пожалуйста выслушай все и не перебивай. Поле Земли-1 действует как ускоритель, хороший ускоритель. Корабль уже там, внизу на ней. Около двух дней, как минимум. Мы не успели.
Я зажал голову руками как можно сильнее. Сейчас мне даже дышать не хотелось. Глаза были закрыты. Все тело мое тряслось, лучше бы я не приходил в сознание. Как мне сейчас хотелось закричать, как в тот день когда я узнал о том, что брат жив. Но мой рот молчал. Я не мог вымолвить не слова. Я даже заплакать не мог.
- Но это еще не мое страшное.
Я поднял отрешенные глаза. Более страшное уже не могло прийти в мою и так обезумевшую голову.
- У нас нет ресурса, чтобы добраться назад. Поле планеты все сожгло напрочь. Мы можем только сесть. К чем я, в принципе, и приступаю.
Молодец пилот, держится не подает виду. Как будто ничего и не случилось. Но вдруг в мою душу закралась надежда, брат может еще жив, может он выжил. Я быстро пришел в чувства. Нашел местонахождения брата по его зубному компьютеру, к моему удивлению оборудование работало, правда связь так и не установилась. Сказал точны координаты посадки и, с надеждой и волнением в душе, замолчал и приготовился к приземлению на чужой планете.
***
Самое страшное смотреть как твой близкий человек умирает и ты ничего не можешь сделать. Мартин судорожно пытался что-то предпринять, но разве можно было здесь что-то сделать. По всюду была смерть, страшная в муках смерть. Кипящая кровь людей. Паника. Не один медик не мог ничего сделать или понять. Не одного медика не осталось. Корабль был переполнен страдающими людьми, которые надеялись найти спасение внутри. Кто-то обливался почти голубой водой из соседний речки, но она только усугубляла жар. Страшный вой и стоны неслись ото всюду. Редко кое-где стояли возле своих родных или несли из на руках люди, которое не страдали. Кто-то молился им и падал на колени с просьбой о помощи, кто-то пытался поднять на них ослабленную руку. Это был ад, настоящий ад. Ад, где у людей заживо вскипает кровь. А какие-то святые не подвержены адским мукам.
Природа казалось издевалась, все цвело пахло и зеленело. Пролетали птички, проносились мелкие животные. И лишь, на фоне всего этого великолепия, гибли люди, гибли просто так, даже не зная, что мучитель их вот-вот спуститься с небес.
Мартин был в панике, Линда умирала. И ей явно уже ничего не помогло. Ну как ученые могли так просчитаться. А брат, это ведь он послал сюда столько людей.
Мартин почувствовал сзади удар по плечу. Очумевшими от ужаса и боли за Линду глазами о взглянул на человека в дыхательном аппарате. Штриха он узнал бы всегда. Но почему он в маске. Он все знал.
- Ты все знал!!! Ты все знал!!! Он теперь умирает, а я сделать ничего не могу!!!
Он толкнул Штриха изо всех свои остававшихся сил. Великий Рену упал на чужую землю.
Мартин закричал от отчаяния.
- Линда!!!
Но неожиданно все прекратилось. Мартин уже ничего не слышал. Что-то громко кричал Штрих. Везде стонали люди, но Мартин слышал лишь шум в ушах и видел небольшое свечение вокруг себя. Информация полилась прямо в мозг. Не понятно как, но Мартину удалось трансформировать её в обычные человеческие слова.
- Приветствуем вас жители далекой планеты. Мы ждали вас. Эта планета вовсе не необитаема. Здесь живем мы. А кто мы такие вам все равно не объяснишь. Мы заманили вас сюда. Сожгли все запасы ваше энергии. От сюда вы уже не выберитесь. Но мы не причиним вам зла. Вы нам нужны, как вам сейчас нужны и мы. Мы живем под землей. Наша среда не пригодна для дыхания. Как и вы мы дышим тем же кислородом. Но наш запас кончается. Нам нужны именно вы, вы все выжившие. Вы будете жить с нами. Мы не будем вас убивать. Просто возьмем вашу возможность дышать. Нам необходимо было выжить. Пусть даже за счет вас. Сейчас мы переместим вас в нашу подземную лабораторию. Но прежде вы можете спасти одного, кто близок вам. Только одного, просто больше не выдержат наши ресурсы. Мы немного ослабеваем контроль над вашими мозгами. Представьте того, кого хотите спасти и кто еще не умер от нашей атмосферы. Время пошло, решайте. Не решите. Никого не спасем.
Мартин по прежнему не мог двигаться, но способность мыслить у него появилась. Ему было все равно, что там говорил внеземной разум. Для него были важны слова о спасении.
Он взглянул сквозь защитную сферу, окружающую его. Туда, издолбив в кровь кулаки, отчаянно пытался вломиться Штрих. Он кричал, он был в отчаянии, но он убийца, настоящий убийца. Чуть вдалеке в тяжелой предсмертной агонии билась Линда, девушка которую он полюбил всем сердцем и всей душой.
***
Мой брат меня не слышал, он был окутан непонятной сферой. Почти похожей на ту, что вокруг моей деревни. И вдруг под его сферой оказалась девушка, умирающая девушка. Яркая вспышка ослепила мне глаза. Я упал на землю, ударился головой.
Когда я очнулся моего брата уже не было, не было и той девушки. Не было не одной живой души, были лишь трупы. Да и я сейчас больше напоминал труп – разбитая голова, окровавленные руки, сумасшедшее бледно лицо и полное отсутствие глаз. Ко мне подбежал пилот моего корабля – еще одна невинная жертва моей никчемной жизни. Я оттолкнул его и, ничего не говоря, пошел в сторону, где слегка красное солнце катилось к закату. И в этом свете площадь вокруг корабля казалась полем битвы в какой-то неведомой войне.
Я шел долго, если не мог идти - полз. И, наконец, трупы кончились. Наконец я остался наедине с этой проклятой планетой, отнявшей у меня брата. Да нет, я сам его у себя отнял.
Была уже темная ночь. Я присел на небольшой холмик, напоминающий могилу. Снял свою дыхательную маску. Полной грудью вдохнул чистого воздуха. И стал просто наблюдать в бескрайние просторы космоса. Нет больше Рену Штриха. Слишком поздно я все понял, простите, если сможете. Прощайте господа, прощайте.

mura
Цитата
А вот еще одно. Ну напиши, хоть комментарий. Даже отрицательный =)))
яне настолько твой фанат, чтобы эту вайнуимир осилить =)
JUT
mura
Война и мир?... Какие же ты книжки то читаешь???
Маруся
бумагомараки....попробую взглянуть, но apriori -дерьмо (по первым строкам)
JUT
Маруся
Ну поробуй...( дочитать)
Feliss
А можно и мне,можно да? biggrin.gif
слепая любовь,
Рыбкой в озябшие руки.
В воздухе душно ей,
Как без сладких губ поцелуй,
Посланный в нулевое пространство.
И горечь спрячется у самого сердца,
Ей не с кем венчаться,
Ей не куда дется.
Холодно, одиночество, дым.
все что хочется и не хочется,
Я не знаю, как дарить другим.
Светлая капля росы,
Солнце сведет с ума.
Вещие и безумные сны
Людям дарит весна.
Задыхаясь в коконе воздуха,
Понимаешь бесценность свою,
И твержу, с уверенной точностью,
Ненавижу! Но тут же люблю!
Маруся
2 Джут
Прочитала первое творение-не понравилось

Бред сивой кобылы

Суицыд настолько избитая тема, что чтобы написать про нее интересно и сильно нужно сделать финт ушами, чего у тебя не получилось.

Вообще натянуто-надуманно. Не может преуспевабщая акула бизнеса распсиховаться из-за сорвавшейся сделки и навизжать на жену,которая там не при чом. И такой писец-вроде как там был полный коллпас, раз так пошатнулось душевное равновесие главного героя,-такой писец не сваливается как снег на голову.Есть какие то тревожные предпосылки хотя бы, в любом случае было не так спокойно,чтобы чел мог лыбицца с утра всяким листикам-цветочкам.

И вообще,пытаешься изобразить успешно бизнесмена.Тогда причем тут его детский страх перед какой то вонючей старухой-бомжихой.Раз чел - такой писюн,максимальная карьера для него-продавец дынь на пригородном рынке.

Вообще же читать сложно.Опять такие потому что все натянуто.Хотя была пара прикольных выражений, которые если отшлифовать и убрать стиллистические ошибки,сойдут за творческие находки.

Вы хотели критику-вы ее получили)
JUT
Маруся
Пасиба за критику...
Первое такое гневное послание....
Второе прочитий, мож понравиться))).
А вот одной девушке этот рассказ настроение на день испортил... Ну это так.
JUT
Маруся
а вообще там фишка в стархе. Она типа ведьма. ПРосто я эту тему не стал развивать... В ло м было. Это она во всем виновата.
Маруся
Я не знаю,в каком случае было бы хуже-еси бы развил,или так))

Почитаю...еси захочу оторваться от Камю)
Харут
а у меня есть стёбный фанфик по "Хеллсингу"... выкладывать???
Veliar
все что было......
Haru
Харут
Ну давай.
Badfiddler
Цитата (Маруся @ 10.08.2006 - 15:21)
2 Джут
Прочитала первое творение-не понравилось

Бред сивой кобылы

Суицыд настолько избитая тема, что чтобы написать про нее интересно и сильно нужно сделать финт ушами, чего у тебя не получилось.

Джут, я хочу тебя поддержать. Этот рассказ не про суицид; суицид здесь используется как усиливающее средство, добавляющее трагизма; а сам рассказ…
Впрочем, я воздержусь от оценки темы рассказа, хотя больше чем уверен, что я ее понял.
Меня тоже порой выбивает из колеи неверие других в мои начинания, хотя они порой так просты и элементарны…
В общем – мне понравилось.
JUT
Badfiddler
Пасиб огромное. Тронут.
Ради таках постов всегда стоит что-то творить.
JUT
Вот еще одно произведения. По-моему там много ошибок, как всегда в прочем и как обычно за них я прошу прощени яи звиняюсь. Хот я вроде исправлял, вон даже друзяь мне подарили на ДР учебник русского языка за 5 класс - помогает.
Ладно вот и сам рассказ
JUT
А город продолжал жить…

По-моему, это было осенью. Хотя может быть и весной. Или даже летом. Время года для этой истории не имеет никакого значения. Возможно, только предположить, да нет – точно утверждать, что погода была та еще. Противная, одним словом погода. Непонятная морось сыпалась с неба. Солнышко было далеко. И вроде тепло на улице, но так противно. Нет, все же это была осень. Именно осенью так бывает. Еще тепло, но небо уже серое. И день вроде еще длинный, но его так не хватает. И хочется быстрей добраться домой, залезть под теплое одеяло, уставиться в какой-нибудь ящик, будь то монитор или телевизор, есть еще вариант с книжкой, тоже не плохо. Погрузиться, например, в мир космических полетов и инопланетных монстров или наоборот залезть поглубже в средневековье и посочувствовать рыцарю, которого только что изжарил дракон, а потом и порадоваться, как этого самого рыцаря воскресит добрый волшебник, хотя интересно и понаблюдать, а иногда даже порассуждать, кто убийца – садовнике или все же хирург, и уж совсем беспроигрышный вариант – посмеяться вместе с Ильфом и Петров над перипетиями великого комбинатора и Кисы Воробьяненова. Вот так можно скоротать невыходной вечерок, когда на улице такая скверная погода. А уж если вам повезло и есть возможность отдохнуть от этой проклятой работы и начальника самодура, то тут открывается множество перспектив, от похода по культурным заведениям до простого распития спиртных напитков, или скажем на шашлыки можно, хотя какие шашлыки я же забыл – погода ужасная, такая уж точно к этому не располагает. Что-то не всегда располагает к чему-то. Люди победили природу, могут предсказывать дожди, температуру и прочее. Поднялись в воздух, наравне с птицами. Плавают в глубинах океанов, словно рыбы. Летят в космос, в это бесконечное и безжизненное пространство. Какие огромные скорости могут достигать современные автомобили, самолеты, ракеты. Скорости, которые не снились не одному живому существу на Земле. Человек стал самым быстрым обитателем этой планеты. И жизнь не стоит на месте. Жизнь летит, ускоряется, пытаясь поспеть за людьми. А у них уже нет времени даже взглянуть назад, да что там назад даже в сторону иной раз голову повернуть не успевают.
Так значит, это была осень. Молодой человек стоял на остановке. Вместе с еще пятью-шестью людьми спешившими, скорее всего, домой в такой вечерний час. Звали молодого человека Кирилл. Автобус, как назло не ехал, а противные мелкие капли все пытались намочить волосы, а ветер так и норовил залезть поглубже под одежду и уж там устроить настоящую западню организму. Кирилл смотрел в даль, стараясь не о чем не думать. А рядом такие же люди, так же не думали. Две женщины обсуждали вчерашние сериалы. И видно, что поговорить то им больше не о чем. Сплетни давно кончились, последняя книга или хотя бы газета была прочитана в далекой юности. Больше на остановке никто не говорил. Всем хотелось поскорей убежать от этого серого дня. Хотя бежать было уже дано некуда. Сколько можно бежать. Кирилл немного заскучал. Сначала он начал рассматривать рядом стоящих, но вскоре ему это наскучило. Слишком легко угадываемые люди. Все написано на лице одежде, да даже на манере стоять или, скажем, идти. Чуть вдалеке был парк. Зеленый парк. Хотя зеленым он был давно. Сейчас это было просто царство одиноких лавочек, посреди голых деревьев и слякоть, слякоть, слякоть. Парк был окружен причудливой чугунной оградой, но даже она сейчас не выглядела хоть сколько бы интересно. Кирилл зевнул, слегка поежился и уже было хотел опять взглядом ждать автобус, как за эту саму ограду начал цепляться пьяный. Он так причудливо хватался, чтобы сдерживать равновесие. Слегка подергивался, неопытному глазу могло даже показаться что он даже совсем не пьяный, а наоборот просто болен и у него сейчас приступ. У Кирилла была, как раз, та самая пара неопытных глаз. И у него уже стали закрадываться сомнения. Он уже хотел пойти на помощь, хотя нет, помощь это слишком громко сказано. Он просто хотел подойти и посмотреть. Но на его счастье рядом оказались куда более опытные глаза, причем не пара, а целых четыре штуки. Те самые любительницы сериалов.
По их разговору можно было сразу понять, что представляет из себя этот человек, уже почти сползший под забор. И через некоторое время Кирилл и сам начал замечать. Что мужчина уже давно не брился. Да и одежда на нем какая-то уж больно грязная. Да и вообще когда человеку плохо он кричит, а тут спокойно себе так держится. И похож этот человек, нет человеком его уже и назвать то нельзя, так алкаш, на дядю Сашу из соседнего подъезда, которого Кирилл трезвым видел только в детстве. А мужчина этот скоро проспится себе под забором, да и пойдет опять на бутылку искать, если конечно его милиция не заберет. И вообще, куда наша милиция смотрит, если такие грязные и вонючие типы могу на улицах средь бела дня спать. Кирилл уже начинал чувствовать запах вони и легкого перегара от этого опасного для общества субъекта, он бы и еще чего-нибудь почувствовал, но автобус подъехал и с чувством невыполненного долга Кирилл скрылся за автоматически закрывающимися дверями. И уже в окно автобуса он, чисто случайно увидел, как к тому алкоголику подошел какой-то мужчина солидной наружности. Что сказал этот мужчина догадаться было не сложно.
- Эй, мужик, ты там живой.
Далее мог следовать легкий жест рукой в виде подергиваний лежащего алкаша, ну или ногой, хотя те кто это делает ногой обычно не интересуются жизнеспособностью лежащего.
На что подзаборный ответил протяжным мычанием или просто посапываем. После этого солидный мужчина пошел дальше, старательно вытираю свою руку одноразовый платком.
Автобус увозил Кирилла от мерзкого парка и такого же мерзкого мужчины. А дома этот алкаш вообще выпал из головы молодого человека. Дома было тепло и приятно, к тому же с минуты на минуты должна была прийти девушка. Девушка любимая, а что может греть лучше любимой девушки в такой противный вечер, да ничего.
Кирилл всегда считал себя человеком прогрессивным и не глупым. Он много думал, ну по правде сказать много думал он всегда, но об этом думал он даже через чур много. Обдумывал каждую мелочь и каждый нюанс. Человек он вроде уже достаточно взрослый. Работа достаточно интересная, да при всем при этом хорошо оплачивается. Ну, если не сейчас то через пару лет – точно. Карьера ему обеспечена, если продолжать в том же ключе. Да, пусть сейчас он снимает маленькую квартирку на окраине города, но зато живет по полной. Расходы можно сократить и снимать что-то более менее приличное. К тому же – родители помогут, если что. Свету Кирилл знал три, ну или скажем три с половиной года. Эту саму половину можно не считать, ибо виделись они за неё всего раза три. А потом начали встречаться, Кирилл конечно же влюбился. Но сейчас он смотрел немного на другое. Со Светкой ему приходилось жить вместе, и всем она его вроде бы устраивала. Но вот это «вроде бы» всегда висело занозой в голове Кирилла. Что-то мешалось. Но сегодня он попытается впервые за три года избавиться от этого самого «вроде бы». Сегодня он, наконец, предложит ей руки, ну и конечно же сердце. Ту самую его руки и то самое его сердце, которые так долго оставались недоступными для многих посигателнец. А она точно не откажет. Светка сама не раз намекала, но Кирилл все никак не мог решиться. И сегодня все же решиться. Правда это все будет не особо официально. А официально будет завтра.
Завтра, в выходной день. Он красивый с цветами и кольцом придет к Свете в гости. И наконец-то познакомиться с её родителями. И уже в этой самой торжественной обстановке попросит разрешения на их эту самую свадьбу. И родители тут же обрадуются и, конечно же, согласятся. А потом будет шикарный ужин в каком-нибудь ресторане. А еще через некоторое время свадьба. А нет – мальчишник. Это обязательно. Напиться и вдоволь потрхаться. А то как же, перед семейной жизнью-то…
Так что, не смотря на всю свою прогрессивность, Кирилл решил спрашивать не свою возлюбленную, а её родителей. Ведь Света все же еще такая не самостоятельная.
Любимая девушка в действительности греет лучше всякой грелки или батареи. А влюбленную девушку еще больше греет это маленькое золотое колечко на безымянном пальце, даже если кроме этого колечка на ней и нет больше ничего.
Света согласилась сразу. Она не ожидала. Действительно не ожидала. Да и идея с родителями ей понравилась. Пусть как-то старомодно и формально, зато… короче она была счастлива. Но сегодня ей никак нельзя было оставаться ночевать. Ну, просто никак. Так что Кирилл вызвал такси, сам доехал со Светой до дома. И на том же такси вернулся домой, досыпать свою последнюю холостую ночь. Будильник был заведен ровно на десять. Рубашка с брюками готовы. Можно было спать. Кирилл лег на подушку и тут же провалился в сон. А уж что снилось ему – не так важно. Это вообще не важно. Вы,
пожалуй, и сами догадаетесь, что могло сниться этому интересному молодому человеку.
Дверь как-то подозрительно была открыта. Нет, Кирилл, конечно, понимал, что Света все уже рассказала родителям, ну уж, по крайней мере, маме точно. Но чтобы его встречали открытой дверью. Этого он точно никак не ожидал. А как же хоть какой-то эффект неожиданности? Пусть наигранный, но все же. За дверью угадывалась суета. Причем суета эта вовсе не была связанна не с Кириллом, не тем более с его желанием жениться. Атмосфера гнетущая. Кирилл осторожно приоткрыл дверь. В коридоре никого не было. Но что-то непонятное пугало его. Что-то здесь было не так. Он уже бывал в квартире Светы. Зеркало в коридоре было завешано белой тканью. Он прикрыл дверь. Сердце так и колотилось, а его цветы смотрелись уже совсем нелепо на фоне общего горя. Дверь скрипнула. Из кухни вышла бледна Света. Узнать её можно было только по одежде. Слезы уж не текли из глаз, хотя и должны были.
- Кирилл!!! – только и смогла прокричать она.
Света кинулась ему на шею. Он обнял её крепко, крепко и что было сил, не говоря не слова попытался приободрить её. И вдруг за её спиной открылся портрет с темной ленточкой. Это была большая деревянная рамка с чистым стеклом, а за стеклом была фотография. Фотография алкаша. Фотография подзаборного. Фотография того, кто даже не может носить гордое имя человек. Фотография её отца.
Как Кирилл выбежал на улицу он не помнил. Он бежал долго, усердно, не думая не о чем, просто бежал. Ему хотелось кричать, но не один звук не мог вырваться из его рта. Он хотел плакать, но уже давно забыл, как это делается. Он бежал, а рядом шли люди, не замечая бегущего Кирилла. Они сами куда-то бежали. У них свои проблемы, свои заморочки и свои жизни. Не лезьте в их жизни, вам, что своей мало?
Кирилл, стоял у той самой ограды, на которую еще сутки назад опирался отец Светы. Не понятно почему, но цветы, предназначенные для его жены, все еще были в руке Кирилла. Он аккуратно положил их на то самое место, в ту саму грязную лужу. Красивые белые цветы в грязную лужу. А потом долго стоял на том самом месте, на той самой остановке. Сейчас он не ежился от холода или дождя. Ему сейчас было гораздо хуже. И только очень внимательный человек мог разглядеть тонкую струйку слезы текущей из глаз этого молодого человека. Но вот только где эти внимательные люди…

Сергей Сергеевич Климентов - отец Светы Климентовой умер в 51 год. У него всегда были проблемы с сердцем. Врачи советовали ему лечиться, но он все откладывал. Работал он автомехаником. Всегда носил бороду. Пил редко. Обычно в компаниях или по праздникам. Причина смерти – сердечный приступ. Труп был обнаружен в Зеленом парке на улице Комсомольской. Если бы скорую помощь вызвали во время, его можно было бы спасти.

Каждую осень на остановке улица Комсомольская можно встретить человека. Он просто стоит и смотрит. Он не думает не о чем, как в тот самый день. Кольцо никогда не украсит его палец. Он просто стоит и смотрит. А перед этим всегда кладет белые розы в самую грязную лужу у забора, отгораживающего Зеленый парк, который вовсе не зеленый, от другого мира. Далеко не молодой человек всегда стоит по долгу. Он никогда не уезжает на автобусе номер 29. Он всегда приходит пешком. Но где взять хотя бы пару внимательных глаз в этом городе, которые хоть что-то заметили из выше написанного. Хотя бы белые розы, втоптанные в грязь. Да нет глаза слишком быстры, чтобы замечать такие мелочи. Им нужны реактивные самолеты, быстрые машины и космический туризм.
И им вовсе не нужны подзаборные люди, которых даже и язык не поворачивается назвать людьми. И уж тем более им не нужны чудаки, которые стоят часами на остановке, где ходит один единственный автобус, и пропускают этот самый автобус. Ну не ужели он никуда не спешит?
Быстрый ответ:

 Включить смайлы |  Enable Signature
Здесь расположена полная версия этой страницы.

Яндекс цитирования